26.07.2018 г.

Собирая по крупицам сведения по павшим в Первой мировой войне, не раз приходилось убеждаться, как много уникальных и достойных людей в этой войне потеряла Россия, в том числе нижегородская земля. Так, 12 августа 1916 года в бою с неприятелем был убит прапорщик 43 пехотного Охотского полка Григорий Иванович Агапов.

Мирная жизнь

Агапов Г. И. родился в 1878 г. и происходил из крестьян Суздальского уезда Владимирской губернии. Окончив в 1899-м курс в Уманском училище земледелия и садоводства, он не пошёл по своей специальности, а, встретившись после окончания училища с земскими статистиками в 1900 г., поступает в статистическое бюро Владимирского губернского земства, а затем, в марте 1902 года переходит на службу в Нижегородское губернское земство на место уездного статистика по Семёновскому уезду.

Именно в Семёновском уезде протекла почти вся служебная деятельность Григория Ивановича. Здесь он был не только специалистом-статистиком, но земским работником, откликавшимся на многие стороны земской жизни. Без преувеличения можно сказать, что ни один вопрос, выходящий из рамок обычной земской работы, не проходил мимо него. Он являлся постоянным и надёжным консультантом управы. Среди населения уезда Григорий Иванович пользовался популярностью. Он лично знал большинство сельскохозяйственных корреспондентов своего уезда, смог вызвать у них серьёзное отношение к работе и пробудить интерес к статистике. Из ближних и дальних углов уезда приходили крестьяне специально к нему за советом по самым разнообразным и подчас щекотливым вопросам. «К тебе послали, Григорий Иванович, – объясняет пришедший, – сказали, не поможет, так уж не к кому идти». При разъездах по уезду лучшей рекомендации, как ссылка на Агапова не было.

В статистике Григорий Иванович был незаурядным работником. Среди нижегородских статистиков он пользовался заметным влиянием. Так, в кустарно-промысловом районе Семёновского уезда Красной Рамени (Линёво, Ямново, Завражное и др.) Агапов Г. И. произвёл подробную сплошную подворную перепись и лично составил ряд бюджетных монографий, в которых было обращено особенное внимание на изучение организаций промыслово-земледельческого крестьянского хозяйства. При сводке материалов подворной переписи он дал опыт применения социально-экономической группировки крестьянских хозяйств.

В 1912 году Нижегородским губернским ведомством по предложению министерства земледелия и землеустройства была произведена кустарная перепись. По поручению губернской управы перепись эта была выполнена под непосредственным наблюдением Агапова. На основании данных этой переписи, под его руководством были составлены многочисленные картограммы и диаграммы по кустарной промышленности Нижегородской губернии для выставки в Петербурге в 1913 г.

После выставки Агапов собрал обширный литературный материал для описания кустарных промыслов губернии, но война прервала его планы. Часть предполагаемой работы всё же появилась в печати: «Металлические промыслы Нижегородской губернии». Работа эта частью была редактирована Григорием Ивановичем уже во время его пребывания в школе прапорщиков. Помимо земской работы, Агапов принимал участие в общественной жизни. В частности, при Семёновской управе исключительно трудами Агапова создана превосходная библиотека.

К людям, от мала до велика, Григорий Иванович относился мягко и бережно, почему пользовался всеобщими симпатиями и уважением. Его открытое лицо, приветливая улыбка, вдумчивая и задушевная речь располагали к себе, а его постоянная бодрость духа, даже в периоды тяжёлых душевных переживаний, невольно заражали собеседников.

Военная жизнь: из писем

И вот человек мирной работы облёкся в офицерский мундир и – почувствовал себя очень одиноким. Агапов в одном из писем пишет: «Очень меня сокрушает наша публика, просто иной раз чувствуешь себя невыносимо. Ведь, совсем, совсем иной мир, такой страшно чужой-чужой!».

Мягкая поэтическая душа сказывается во многих письмах Григория Ивановича: «Как странно, неожиданно, необыкновенно быть здесь, – писал он в письме от 11 мая 1916 г., – о чём никогда не могло бы прийти в голову раньше, не могло бы и присниться быть когда-нибудь в этих местах. Настоящий сон наяву! Такое мирное, мирное небо, такие мирные поля, на которых копошатся там и сям люди совершенно мирного труда (сейчас как раз пора сажать кукурузу). Мирная река; деревья в садах и в лесу. И даже грохот орудий не кажется таким грозным; наоборот, на общем фоне величия природы он производит довольно мизерное впечатление (конечно, совсем другое дело, когда сидишь под огнём). Следишь здесь за дымом от снарядов, разрывающихся там и тут, и всё же не получаешь конкретного впечатления ужаса от того разрушения, которое сопутствует разрывам. Правда, ночью гул орудий имеет более зловещий характер, оттого, вероятно, что утрачивается восприятие окружающей жизни и простора; так что получается как 6ы противопоставление самого себя этой ревущей могучей силе...».

В одном из его писем выясняется, как он, незаметно для самого себя, помогал солдатам переносить великое бремя военной жизни. Полк стоял в феврале 1916 г. в Галиции в окопах. Были страшные метели; окопы занесло доверху; все промокли до нитки, а обсушиться было негде. Солдаты очень ослабели и многие захворали; пришлось им на смену вызвать резервные команды; но в роте, где был Агапов, зaболевших было мало. «Ротный командир, – писал Агапов, – вменил этот успех в заслугу мне и очень горячо изображал дело в таком виде. Сам я сначала на это не обращал внимания. Когда зашёл разговор при мне, мне было как-то странно слушать это. Я считал, что еле-еле делал то, что можно было делать. Я так и возражал. Потом мне стало казаться, что, может быть, действительно, моё присутствие, мои слова и отношения к солдатам придали им бодрость и сохранили их от окончательного разложения. Всё же факт, что у нас в роте оставалось больше ста человек, а в соседних – только 23... Правда, побалагурил я с солдатами: кому пообещал, что после войны, если молодцом будут, по три жены получат (от-то лихо!), кого заставлял бегать, чтобы согревался. Смех и горе! Какое громадное значение имеет внимание к людям! Какое значение имеет бодрость духа!»...

Так сердечно относился Григорий Иванович к «святой пехоте», как он её назвал в одном письме, которую «и вошь ест, и пули, и бомбы, и снаряды, и штыки донимают». К этой пехоте, у него всегда были тёплые чувства. Хорошо относились к Григорию Ивановичу и служивые.

Попав в обстановку жизни, которая была так далека от прежней его мирной деятельности, он не переставал интересоваться статистикой. Одно из писем с фронта Григорий Иванович посвящает изложению плана намеченных им ещё до призыва на войну работ по кустарным промыслам. В другом письме интересуется организацией статистических работ в связи с продовольственным делом. Урывками отвлекаясь от страшной картины ужаса и смерти, Агапов смотрел на возможное будущее открытыми и смелыми глазами. «О всяких возможностях я, конечно, думаю, – писал он в письме к своим близким 1 января 1916 г., – но в сознании твёрдо и ясно стоит: пусть будет, что будет! То, что должен, я надеюсь выполнить безупречно, т. е., конечно, поскольку хватит уменья и разуменья. Конечно, я хочу и надеюсь... ещё и ещё пожить, попользоваться жизнью, сделать ещё хоть что-нибудь путное в жизни. Но пусть будет, что будет!.. Ведь, неизбежное и случайное неотвратимо. Примиримся наперёд, будем спокойнее ждать событий, не расстраивая себя тем, что может и не случиться».

Героическая смерть

По статистике Первой мировой войны, младший офицер русской армии – прапорщик – на передовой в среднем жил 10-15 дней до гибели или ранения. Боевые потери офицерского корпуса в 1914-17 гг. составили 71298 человек, из них 94% пришлось на младших офицеров – 67722 погибших, из которых 37392 – прапорщики. Как выполнил прапорщик Агапов свой последний воинский долг, рассказывает в присланном письме его ближайший командир: «Когда от Григория Ивановича потребовали командовать ротой, был тяжёлый момент для полка. Григорий Иванович собрал разбежавшихся солдат, произнёс им слово, что не оставит их, и пошёл сам вперёд под градом пуль. Рота сделала очень многое, заплатив жизнью своего командира».

Согласно карточке Бюро учёта потерь, подпоручик Агапов Г. И., «православный, холост, был убит в урочище у селения Ворохты» и погребён на военном кладбище этого же селения. Ему было 38 лет от роду, в расцвете сил, сколько ещё полезного мог бы он сделать... Но все свои планы и мечты покойный унёс в могилу, вырытую на чужой земле, в далёких лесистых Карпатах.

Воинский подвиг прапорщика Агапова был замечен, и посмертно он был представлен к георгиевской награде и чину подпоручика.


Система Orphus
Комментарии для сайта Cackle

   
   

Август 2021
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
   

Мы в соцсетях

Комментарии  

   
© «Семёновский вестник» 2013-2019
php shell indir Shell indir Shell download Shell download php Shell download Bypass shell Hacklink al Hack programları Hack tools Hack sitesi php shell kamagra jel