02.08.2025 г.

Это не совсем экскурсия, не приключение и уж тем более не развлекательное путешествие. Это сложное и глубокое соприкосновение, которое мы совершили с Маргаритой Алмазовой – жительницей Семёнова, антропологом, учёным, человеком, глубоко погруженным в уклад и мировоззрение керженского старообрядчества.

Она и сама неотъемлемая часть этой жизни и культуры.

Благодаря проекту Маргариты «Кержаки Староверы», места, где располагались с XVII века тайные староверческие скиты, приводятся в порядок и обозначаются информационными табличками. Кладбища и захоронения старцев и стариц облагораживаются и становятся частью необычного маршрута, который шаг за шагом уводит тебя в эту трагичную и многослойную историю...

Я несколько раз принималась писать этот текст. Стирала. И принималась вновь. То, что почувствовалось, сложно передать словами, но я попробую. Вот уж действительно дуализм, противоречие, раскол, который почти 400 лет назад распахал по живому русское православие.
Да так, что до сих пор заживает.

Керженец и его затерянные в дремучих лесах старообрядческие скиты. Сейчас эти места вполне проходимые и обжитые. Четыреста лет назад – глухая тайга, куда массово переселялись несогласные с церковной реформой патриарха Никона. Добраться сюда было непросто, зато затеряться легко. Тут раскинулись вольные и неосвоенные земли, что не знали помещиков.
Лес кормил и давал ремесло. Врачевались народными средствами, в том числе некоторыми видами мха, обладающими антисептическим действием. А ладан для богослужений делали муравьи из хвойной смолы. Полное единение с природой.
Самого Никона через несколько лет после задуманной им реформы лишат сана. А вот притеснение старообрядцев со временем только будет набирать обороты, то ослабевая, то нарастая с новой силой. Указ Николая II «Об укреплении основ веротерпимости», который избавит староверов от преследований и социальной несправедливости, выйдет лишь в 1905 году.

«Питиримово разорение»

Самые жестокие гонения на Керженце случатся при Петре Великом и архиепископе нижегородском Питириме (Потёмкине), когда скиты будут разоряться без суда и следствия, а их обитатели физически уничтожаться. Потёмкин начинал свой путь с защиты старообрядцев, сам будучи одним из них, а завершил яростным и деятельным противником раскола. Карательные акции тех времен на Керженце так и называют «Питиримово разорение».
- Видите за деревней долину? Она называется Семибратской – в честь монахов, пришедших к нам со святыми дарами после разорения Соловецкого монастыря. В долине скиты были. Все уничтожены в Петровскую эпоху. Много людей там было сожжено. Именно здесь – не меньше двух тысяч человек. Я езжу туда, могилы восстанавливаю, кресты новые ставлю, – рассказывает дядя Саша (Александр Михайлович Ильин – ред.), житель деревни Ларионово.
А ещё он построил деревянную церковь, где проходят богослужения, организовал даже небольшой музей, бережно хранит память о предках и их вере.

Святой колодчик «Осинковский»

Здесь скорбь как будто разлилась в воздухе, прячется в бликах солнечного света, который местами пробивается сквозь плотную хвою. Скорбь угадывается в шелесте высоких деревьев, в неожиданных и тревожных криках птиц, в размеренном шуме речки Кувычихи, в темных водах которой, по преданию, до сих пор находят известковые куски монашеских келий.

В начале XVIII века здесь был древлеправославный скит, который сожгли вместе с монахами. Жили беглопоповцы. Иноки спрятали святые дары, иконы, церковную утварь в колодец, а сами встали на молитву.
Так и стояли до конца. На месте их гибели сейчас установлены кресты, а колодец почитается старообрядцами как святое место.
Пройдя около 100 метров по лесным мосткам, я подняла голову вверх и посмотрела в небо, в полной мере ощущая суровую энергетику этого места. Стало немного не по себе. Покойтесь с миром.

Кладбище у деревни Осинки

В центре погоста – полуразвалившаяся постройка. Это старая часовня, куда приносили усопших перед захоронением, чтобы спокойно помолиться.
Кругом голбцы разных видов – металлические и деревянные, старинные и поновее, с устройствами для свечек и без. Навершия на могильных столбиках в виде крыши домика – характерный признак староверческого кладбища.
- Голбцы чаще на женских могилах ставили, – поясняет Маргарита Алмазова, – у мужчин всё больше кресты.

Комаровский скит и ромашковое поле

Этот скит, описанный в романе Мельникова-Печерского «В лесах», крупнейший на Керженце, насчитывал 35 обителей, где жили сотни инокинь. Был уничтожен в 1920-х годах. Сейчас здесь большое ромашковое поле, тишина и погосты.

В романе «В лесах» описана строгая игуменья матушка Манефа (Матрена Чапурина) – сторонница всего русского, хранительница векового уклада. В её обители находилось множество старинных икон «древнего письма», которые составляли «заветную родовую святыню знатных людей допетровского времени». Манефа – женский собирательный образ, основу которому дали две настоящие настоятельницы из Оленевского скита: Маргарита и Эсфирь.

В реальности в Комаровском скиту было три Манефы: старая, «Московка» и новая –последняя настоятельница. Мы побывали на могиле «Московки», которая скончалась в 1877 году.

Баба Настя и ее духовные стихи

Народные песнопения на христианские темы – способ коммуникации с миром, с Богом, с людьми, часть культуры, поэтическое выражение их веры. В этих произведениях могли быть и бытовые контексты, и сакральные.

В Ларионове заходим в гости к коренной жительнице этих мест – бабе Насте (Анастасии Ивановне Абрамовой – ред.). Беседуем. И тут бабушка начинает читать наизусть складные куплеты.

Прошу тебя, угодник Божий,
Святой великий Николай,
В житейском море утопая,
Мне руку помощи подай.
К твоей иконе припадаю,
Тебя, угодника, прошу.
Проси у Господа прощенья,
За душу грешную мою.
Он и спасал на море корабли.
Прошу, мне в скорбях помоги.

В стихе, что читает баба Настя, много куплетов. Произведение охранительное, защитное, призывающее духовную поддержку. Обратите внимание, как религиозная тема тут переплетена с народной мудростью. В этом суть мироощущения староверов – синергия христианства и дохристианской народной культуры.

Баба Настя из Ларионова. Ей 86. А может, и больше. Всю жизнь она носит платок на булавке, молится, перебирая лестовку, много стихов знает наизусть.
С детских лет Настя была в деревне в няньках. Сколько малышей выкормила кашей из коровьего рога (прототип детской бутылочки), не помнит.

Глаза у бабы Настя светлые, кроткие, а дыхание лёгкое. От неё исходит еле уловимый приятный запах. При этом понимаешь, что бабушка не пользуется парфюмом. Старица смотрит на тебя, и как будто свет льётся, а голос обволакивает, убаюкивает. Она благословила меня по-своему. Что-то читала, обнимала. Стало легко.

Покровитель или разоритель?

А теперь о том, кто отбирал у староверов иконы древнего письма. Это тот самый Мельников-Печерский – автор романов, из которых сегодня мы можем узнать о жизни староверов Заволжья. Получается, что он одновременно хранитель и разоритель старообрядчества. С одной стороны, Павел Мельников – чиновник, изымающий святыни и закрывающий скиты. Одна история с вывезенной соловецкой иконой Казанской Божией Матери чего стоит. «Плачам и воплям конца не было», рыдали по всему Шарпанскому скиту. То же самое произошло в Комаровском, когда забирали чудотворную икону Николая Угодника. С другой стороны – сопереживающий писатель Андрей Печерский, этнограф, краевед, сочувствующий своим героям и страдающий вместе с ними. Раскол, дуализм, антитеза – вот уж точно верные спутники этой истории.
Почему так? Отвечу цитатой из книги Романа Гоголева «Мельников и Печерский. Реальность и мифы»: «Странная история чиновника и писателя...обернулась античной трагедией. Плач и стенания тех, в ком сначала видел смертельную язву на теле государственности, а под конец жизни разглядел в них хранителей ковчега исконной культуры в бурном море российской истории, не давали ему покоя...»
Пожалуй, на этом я закончу. И буду держать в памяти бескрайнее ромашковое море у Комаровского скита, где каждый цветок – душа, которая жила здесь, верила, страдала и обрела вечный покой...
Цель Маргариты Алмазовой – создать музей старообрядчества в Семенове. Хочется пожелать ей сил и удачи в реализации этой сложной и благородной миссии.

Дарья ЕРМОЛИНА
Фото автора