15.06.2019 г.

Во второй половине XVIII века в Федосеевском починке (ныне деревня Федосеево) жил крепостной крестьянин помещицы Татьяны Васильевны Юдиной – Козьма Петрович (фамилии крестьянам в то время не присваивали), мой прапрапрадед.

И была у него мечта: освободиться от крепостничества и перебраться в соседнюю деревню Пруды (теперь Большие Пруды), что в двух с небольшим верстах.

Пруды были большой деревней, а жили в ней вольные староверы. Сеяли хлеб, лён, держали скот, качали мёд, делали деревянные ложки. Жили староверы небедно, построили даже свой маслозавод, льняное масло давили.

В шестидесятые годы прошлого столетия ещё можно было видеть развалины завода. Мы с деревенскими ребятишками бегали в те места по малину. Посередине развалин лежал огромный деревянный вал, метров восемь в длину, с двухметровой деревянной шестернёй. Стал Козьма украдкой, по ночам, перенимать ложкарное ремесло, и быстренько его освоил. Взамен на вольную ложками рассчитывался со своей хозяйкой. И наконец на рубеже XVIII и XIX веков стал свободен. Радости не было предела! Сразу же перебрался в Пруды, пока помещица Юдина не передумала, и стал полноправным ложкарём. А попутно земельку обработал и пчёл завёл.

Ремесло тогда передавалось из поколения в поколение. С малолетства мальчишек приучали к делу: учили бить баклуши, теслить. Мастер делал основную работу, из баклуш топором вырубал контур ложки. Затем её теслили. Он же обрезал – придавал более изящные формы. Затем женщины вырезали лопасть специальным резцом и скоблили ножом. И только тогда ложка делалась ложкой. Таким образом, в её изготовлении была задействована вся семья.

По наследству передавались не только ремесло, но и инструмент: тёсальник – топорик для черновой работы, обрубочный топор для придания более правильной формы, тесла для выборки лопасти, обрезальный нож для чистовой обработки, скоблильный нож, резец для чистовой обработки лопасти.

А ещё у ложкарей была парамошка. Не знаю, почему её так называли. Наверное, какой-нибудь Парамон придумал. Это такой кусок резины (обычно отрезали от голенища сапога) на лямке, вешался на шею и защищал грудь от порезов ножа. Когда обрезают ложку, упирают её в грудь – так удобнее. Ну, и два берёзовых кряжа: один повыше, другой пониже. Их стульями называют. На одном собственно ложку делают, а на другом сидят.

За нашим домом в Прудах красавица-сосна растёт. Огромная, кудрявая, 180 см в обхвате, диаметр кроны 13 м. Сколько ей лет, никто не знает, даже дед говорил, что её такой помнит. Под этой сосной мужики собирались человек по десять-пятнадцать, всем под ней места хватало. Не в домино играли, а ложки делали! Артель!

Приучал Козьма и своих ребят к делу. А у него было четверо детей. От имени последнего Поликарпа пошла наша фамилия – Поликарповы. Парни были трудолюбивыми. Сыновья Поликарпа на ложках заработали себе звание мещан.

Сын Андрея, дед мой Степан, даже умер с топором в руках в возрасте 77 лет. Делал ложки и отец Григорий. Днём работали за трудодни в колхозе, практически бесплатно, а рано утром и вечером делали ложки, чтобы ребятишкам на одёжу заработать. Ложки обязательно в колхоз сдавали. В шестидесятые годы прошлого столетия ложки стоили 18 рублей за 1000 штук. Папа делал ложки из сырой осины. Её легче обрабатывать: когда высыхает, то не трескается, как другие породы дерева. Лопасть ложки была такая тонкая, что через неё можно было увидеть свет!

В деревне Пруды были свои купцы, ложки им сдавали для продажи. В первой половине XIX века появился купец из нашей деревни Прудовский Лукоян Егорович. Его внук, тоже купец, в Семёнове построил дом, который и сейчас стоит на улице Красноармейской, на территории бывшей школы. Есть в нашей семье и Семён-ложкарь, живёт в деревне Федосеево. Это мой брат, он освоил ложкарное ремесло. Сейчас уже не кустарит.

Деревянные ложки сейчас всё больше на станках делают. Правда, не такие они получаются, без души, что ли. Но Семён свою сбрую (у нас в старину так комплект ложкарного инструмента называли) ещё не выбросил! Висит она себе на стене в предбаннике. Ждёт. Может, снова очередь до неё дойдёт!

Я сам руками ложки не делаю, но в сфере народных промыслов отработал с первого дня и до самой пенсии. Летом мы живём семьёй в деревне Большие Пруды, в доме деда Гриши. Пчёл вожу, и медок свой едим деревянными ложечками, сделанными руками деда. И хоть он умер 49 лет назад, а ложки его до сих пор живут!

Я нашёл карту 1792 года, так на ней наша деревня уже была. Что старше – деревня, в которой родился и вырос, или город, в котором прожил всю жизнь, – пока не знаю. А дороги они мне одинаково.

Алексей ПОЛИКАРПОВ


Система Orphus

   
   

Июль 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4
   

Мы в соцсетях

Комментарии  

   
© «Семёновский вестник» 2013-2019