Ирина КОЛОБОВА
21.05.2019 г.

Эта новость вытекает из другого, не менее почётного и значительного события: в этом году две работы члена Союза художников России Алексея Ляшкова приняли участие во Всероссийской художественной выставке в московском Центральном Доме художника. 

Две работы на выставке такого масштаба – это несомненное и безусловное признание таланта художника. А отбор картины для украшения президентской администрации в Кремле – это, можно сказать, высший пилотаж, об этом каждый художник может только мечтать.

С чего начинается художник

А о чём вообще мечтают настоящие художники и конкретно наш Алексей Ляшков? Мы решили спросить его об этом лично и начали очень издалека – с тех пор, когда семёновский мальчишка ещё даже и не помышлял не только о карьере художника, но даже и кисти с красками брал в руки не чаще своих сверстников.

- Ну, рисовал я, наверное, в детстве какие-то картинки, не помню, чтобы они были лучше, чем у моих детсадовских и школьных друзей. Меня тогда больше спорт интересовал. Учился я в третьей школе, после тесного знакомства с нашим уважаемым и незабвенным Николаем Константиновичем Сенковым почувствовал в себе такие силы, что даже поступил в школу олимпийского резерва. Потом учился в нашем техникуме и тоже спорт не бросал. Потом была мужская школа жизни всех советских парней – армия.

- Может быть, ты в армии увлёкся рисованием, стенгазеты оформлял или ещё что-нибудь? С чего-то ведь должен был начаться художник?

- Честное слово, я не могу ответить на этот вопрос, не знаю я, как и почему становятся художниками. Ничего я в армии не оформлял и потом, работая на домостроительном комбинате в Ленинградской области, у меня не возникало желания взяться за кисти и краски. Но всё же именно Ленинград сыграл в моей жизни главную роль. Вернее, человек, встретившийся мне тогда на пути. Юрий Александрович Мурыгин стал моим наставником, можно сказать, гуру. Это замечательный художник, кстати, тоже нижегородец, он заставил меня поверить в себя, в свои силы и возможности. Научил меня очень многому и в живописи и вообще в жизни. Что-то он тогда во мне разглядел и, можно сказать, дал мне путёвку в жизнь.

- Но ведь прежде чем он открыл в тебе художника, тебе самому нужно было проявить себя как художнику. Так когда же был сделан первый шаг к творчеству?

- Тоже сложный вопрос. Не помню, что меня занесло в студию живописи при Дворце культуры. Наверное, это был какой-то толчок свыше, не зависящий от меня. Высокопарно это можно назвать озарением, но я не люблю таких слов. Поэтому говорю: не знаю, что подвигло, но посетив эту студию, уже будучи взрослым, сложившимся человеком, я понял раз и навсегда, что буду художником. И не просто любителем, а непременно профессионалом. Поэтому я, долго не раздумывая, поступил в Ленинградский педагогический институт имени Герцена.

- И сильно ли отличается жизнь художника от жизни механика домостроительного комбината?

- Мог бы сказать, что сильно отличается, но поразмыслив, стал сомневаться. Конкретно для меня, конечно, жизнь изменилась, потому что выяснилось, что я не механик, а художник. Но что мешает другому, настоящему механику стать художником в своём деле? Теперь я полностью уверен, что, где бы и кем ни работал человек, если он сделал правильный выбор, если на своём месте и делает свою работу с удовольствием, то он счастлив – будь хоть художником, хоть водителем, хоть врачом.

- То есть, ты уверен, что сделал в жизни правильный выбор?

- Абсолютно уверен. Я вернулся в Семёнов уже профессиональным художником. Поступил на работу в художественную профтехшколу, учил студентов искусству живописи. Мне нравится моя работа, можно сказать, что это даже и не работа, а образ жизни, когда занимаешься любимым делом, да ещё и стараешься передать свою любовь и свои навыки другим. А ещё я много рисовал…

Художника обидеть может каждый

- Наверное, тогда уже пришла пора открыть свой талант для зрителей, а художнику для этого необходимы выставки. Когда была твоя первая выставка?

- В 1998 году. Это была молодёжная профессиональная выставка. Попасть на неё было непросто. Невозможно передать огорчение художника, чьи картины, заявленные на выставку, не были отобраны строгим жюри. Здесь и обида на весь мир, и желание доказать, что все вокруг не правы и что его просто не понимают. Любой творческий человек знает и понимает это. У меня в жизни не было такой выставки, на которую не приняли бы хоть одну заявленную работу. Но всё равно было обидно, что вот конкретно эту не взяли, а она могла бы украсить выставку. Но жюри состоит из признанных профессионалов, и их оценка это своего рода школа для художников. Да, мандраж испытываешь невероятный, когда жюри оценивает твои работы, и не важно, какого ранга выставка. Некоторые не выдерживают, после первой неудачи бросают живопись. А другие, пусть чуть не со слезами, но принимают удар, закаляются и…учатся.

- Тебя можно назвать закалённым?

- Думаю, что можно, и выученным тоже можно назвать. Без отбора, оценок, отзывов и неудач не получится художник. Чтобы принять участие в любой выставке, требуется колоссальная работа. Я уж не говорю о вступление в Союз художников – это даже словами трудно описать. Знаю, многие художники, причём неплохие, не решаются на такой шаг, аргументируя тем, что лучше они лишнюю работу напишут, чем станут тратить время на подготовку кипы материалов для вступления в Союз, который им якобы, совершенно и не нужен. Никого не хочу обидеть, но не верю. Не верю, что есть хоть один художник, не мечтающий стать членом Союза художников. Я в Союзе с 2008 года. Прошёл, можно сказать, через тончайшее сито. Художники – вообще народ не слишком уверенный в себе, как любые творческие люди, но такое официальное признание профессионалов, которые приняли тебя в свои ряды, непременно дарит уверенность и даже заставляет немного гордиться собой.

- Кроме уверенности и гордости, что ещё даёт членство в Союзе художников, так сказать, в материальном смысле?

- В материальном – ничего. И никаких прав, кроме обязанностей. Это своеобразный аванс, который ты должен отрабатывать всю жизнь. Теперь ты обязан доказывать свою состоятельность работой, работой и ещё раз работой, причём делать её всё лучше и лучше. Это, кстати, для художника совсем неплохо: дисциплинирует, двигает и не даёт закиснуть.

- Я где-то слышала фразу, что художник в семье – это катастрофа...

- Вполне правдивая фраза. Не каждый долго выдержит рядом с собой художника. Художник по определению – одиночка, ему практически не нужно окружение, и родным приходится мириться с его настроением и «заскоками». Можно сказать, что живопись – это член семьи, которого принимают или не принимают. Если не принимают, живопись уходит из семьи вместе с художником.

Не продаётся вдохновенье…

- Похоже, тебе вместе с живописью не нужно уходить из семьи? А ведь говорят, что настоящие художники – это бессребреники, а одним талантом семью не прокормишь. Как удаётся сочетать талант художника и роль хозяина семейства, если официальная зарплата – это ставка преподавателя живописи в детской художественной школе?

- Не скрою, бывает трудновато. Живопись – вообще дело недешёвое и очень хлопотное, если занимаешься ею профессионально. А художники у нас редко бывают богачами, ну, если, конечно, ты не такая медийная личность, как, к примеру, Никас Сафронов. Подстраиваться под вкусы потребителя и писать портреты с фотографий или натюрморты в цвет обоев – не моё, не могу я этого делать, да и времени нет. Но всё же я нашёл для себя, так сказать, подработку, которая не напрягает морально. Я пишу иконы по заказам храмов и монастырей, тут ломать себя не приходится. Наоборот, иконопись открыла для меня много нового. Но если эта работа вдруг помешает делу моей жизни, написанию новой картины, я её оставлю, даже если в этот момент буду без копейки денег.

- Но ведь есть ещё одна, почти беспроигрышная возможность заработать на живописи, как говорится, не продаётся вдохновенье, но можно рукопись продать…

- Да, художники продают свои картины, но я даже не могу передать, как это нелегко. И дело даже не в том, что не находится покупатель. Просто представьте себе, что вы продаёте своего ребёнка, причём выстраданного бессонными ночами, нервами, волнением, физическими нагрузками и прочее. Тут уж если и решишь продать, то только за такую цену, которую тебе не всегда готовы заплатить.

- Но ведь всё-таки хочется, чтобы твоих «детей» увидели люди?

- Безусловно, без этого ни один художник не состоится. Я пишу для людей и про людей. Я – реалист, хочу, чтобы мои картины будили в людях самые лучшие чувства.

Каждый художник мечтает…

- Так и происходит: каждый, кто видел твои картины, может это подтвердить. «Субботнее утро» такую ностальгию будит в душе, что даже слёзы наворачиваются. Почему, интересно, именно эту, деревенскую пастораль, насквозь пропахшую печным дымом и снегом и далёкую от столичной жизни, выбрали для кремлёвской администрации?

- Мне хочется верить, что именно из-за таких же вот чувств. Москва – это тоже люди, и администрация президента – люди. Просто они забыли, что почти все родом из деревни, а теперь вспомнили. И я счастлив, что мои картины будоражат и, может быть, делают людей лучше, чище.

- А что сам художник испытал, когда узнал, что его детище удостоилось столь высокой оценки?

- Скажу честно, что был обрадован, поражён, польщён, удивлён… Можно привести ещё множество эпитетов, чтобы описать мои чувства. Когда позвонили из Союза художников и сообщили, что мою работу отобрали представители администрации президента, я сначала даже растерялся – думал, может, ошибка какая. Это действительно очень высокая оценка творчества.

Ведущий художник, член правления и выставкома Нижегородского Союза художников России, талантливый мастер реалистичной живописи Алексей Ляшков является участником множества выставок самых различных уровней. В прошлом году на торжественном мероприятии в честь 85-летия НСХ он был награждён серебряной медалью Союза художников России. Его работы опубликованы в различных изданиях и каталогах, в журнале «Художник»», находятся в частных коллекциях в России и за рубежом. Художник Ляшков создаёт неповторимые и вечные шедевры, рассказывающие о простой и обычной жизни его земляков.

Как любой хороший учитель, он мечтает об ученике, которому смог бы признаться, что тот превзошёл своего учителя. И самая заветная мечта есть у Алексея Ляшкова – он мечтает, чтобы когда-нибудь одна, а, может, и не одна его работа навеки поселилась в Третьяковской галерее. А почему бы и нет? Для этого у семёновского художника есть все предпосылки.

Висит же его работа в почётной галерее кремлёвской администрации. И как знать, может, она свыше призвана изменить нашу жизнь к лучшему. Вдруг «Субботнее утро» с баней, крыльцом, домоткаными половиками и румяной девчушкой в валенках на босу ногу заставит страшно далёких от народа руководителей повернуться лицом к деревне, к жизни простых людей?..


Система Orphus

   
   

Июнь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
27 28 29 30 31 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
   

Мы в соцсетях

Комментарии  

   
© «Семёновский вестник» 2013-2019