Печать
Категория: Публикации
Просмотров: 138

Ирина КОЛОБОВА
09.05.2019 г.

Замечательная идея создания Бессмертного полка не просто оправдала себя, но полностью подтвердила свою уникальность. Теперь у нас есть уверенность, что память о войне и о героях не растворится как майский туман, а будет жить вечно.

Однако есть в этой идее горькая закономерность – чем плотнее и многочисленнее становятся ряды Бессмертного полка, тем меньше остаётся на земле живых героев войны. Вот и ещё один красноармеец улетел с журавлиной стаей, не дожив до семьдесят четвёртого Парада победы каких-то пару месяцев. Екатерина Васильевна ШАБУРОВА очень хотела отметить нынче День Победы.


Запишите меня в снайперы…

- Уж хоть на Ложкарную площадь, да обязательно нынче выйду, – говорила она ещё в начале года.
Увы, не выйдет. Но обязательно будет участником парада в качестве главного героя и проплывёт в рядах Бессмертного полка над родным городом плечом к плечу со своими боевыми товарищами.

Сегодня у нас есть уникальная возможность прочитать рассказ о своей войне, написанный практически от первого лица. Внучка героини Сталинградской битвы Юлия Шабурова записала бабушкин рассказ в апреле прошлого года и нынче накануне Дня Победы принесла его к нам в редакцию.

«Родилась я в 1923 году в Шалдеже. Семья у нас очень большая была, я, почитай, самая старшая. Мама рано умерла, ещё до войны, и пришлось мне все заботы по дому на себя взять. Отец потом женился, молоденькую взял, так я её поначалу в штыки приняла, казалось, что и не нужна она нам совсем, сами справимся. Но потом привыкли мы к ней, полюбили.

Потом мы в Семёнов перебрались, жили на улице Трёх коммунистов. В 1939 году я семилетку окончила в школе №3. Нас тогда три подружки было – не разлей вода: Сима Пострелко, Нина Чистопольская и я. Отчаянные были, сговорились в Куйбышев после школы ехать, в фармацевтический техникум. Уж и не помню, откуда мы про него узнали. В сорок первом перешли на второй курс, вот тут нас и война застала. Помню, пришёл в техникум человек в форме из военкомата и сказал: «Нам нужны люди, ребята и девушки, в военную школу – учиться на радистов, разведчиков, снайперов и полевых работников (раненных собирать после боя). Я сразу же вызвалась, очень хотелось узнать, что же это такое – война. Узнала в полной мере.

Привезли нас: четырёх девчонок – будущих связисток и шестерых парней-разведчиков – в город Сердобск Пензенской области. В первую очередь нам, девчонкам, косы остригли, под мальчиков, в баню отвели и обмундирование выдали. Мне очень хотелось снайпером стать, чтобы фашиста бить, но пришлось учиться на радиста.

От Совнаркома пришёл приказ о пополнении в Сталинград, и выбрали нас – отличников учёбы: Сашку Хрусталёву, Нину Дворянинову, Полинку Петрову и меня. Ну и ещё шесть мальчишек-разведчиков и двух снайперов. Повезли под Сталинград. В Ленинске – переформировка, потом – Средняя Ахтуба, где нас посадили в полуторку и повезли через Волгу. Шофёр в годах был, опытный, переживал за нас. Когда до берега оставалось совсем немного, наткнулись на пробоину во льду, машина прямо носом клюнула в воду. Шофёр так крепко матом выругался и заорал: если жить хотите – прыгайте в воду и плывите. Велел снять шинели, а шапки-ушанки покрепче ремнями на голове перетянуть, чтобы вода в уши не попала. Сашка, подружка моя, спортсменкой по плаванию была, говорит мне: «Не бойся, я первая прыгну, а ты держись левой рукой за мой сапог, а правой помогай льдины раздвигать, как-нибудь выплывем». А по берегу люди в маскхалатах ходят, с овчарками. Шофёр наш кричит им, чтобы помогли, вытащили девчонок на берег, это, кричит, я вам связистов везу. Вещмешки наши он в реку выбросил, не велел подбирать. У меня в мешке и было-то всего котелок да ложка, вот он и долетел до берега.

Ребята кинули нам с берега верёвку и вытянули нас. Велели в первую очередь сапоги снять, чтобы не примёрзнуть – мороз-то хороший был. Повели нас в землянку и посадили греться. Потом пришёл старшина, белорус Войтукевич – хороший дядька, повёл нас на разбитый тракторный завод. «Снимайте, – говорит, – свои тоненькие шинельки» – и дал нам ватные штаны, валенки, телогрейки. Майор, начальник связи, тоже вполне серьёзно к нам отнёсся: говорит, давайте знакомиться со службой.

Всего было три группы связистов, нас включили в первую – с восьми утра до восьми вечера дежурить. В каждой группе 10 связистов и 6 морзянок. У Нины был правительственный аппарат, а у Полинки – общий. У меня был небольшой аппарат, шли одни цифровые шифровки. Коммутатор большой очень: полки, дивизии, разведка, много звонили. Рядом комната была – шифровальный отдел, там офицеры сидели. Я очень боялась чего-нибудь напутать, ведь там такие имена звучали: Сталин, Жуков! Жукова по имени-отчеству только Сталин называл, а все остальные только шифровками: ставка, такого-то числа, столько-то времени. Если сам Жуков писал, то ставили «Верховный» или «Ставка». Так вот и шла моя война с морзянкой да шифровками.

Узел связи во время боёв далеко не брали, нас всегда взвод ребят-катушечников обслуживал. Но крови и смертей я всё же насмотрелась и страху натерпелась. Не верьте, если кто говорит, что на войне не страшно. Страшно, и даже очень. Мы, конечно, не думали о смерти, казалось, что уж нас-то, молодых, точно не убьют. Но вот однажды мы стояли на берегу Волги в Сталинграде, и летела немецкая «рама»… Я даже сейчас как будто слышу тот страшный гул и хочется спрятаться куда-нибудь подальше. Две девчонки, сёстры-близняшки, побежали за водой в тот момент, когда фашист начал бомбы сбрасывать… Тут их и накрыло, обеих сразу. Насмерть. Похоронили мы их здесь же, на берегу Волги…»

Самая обидная потеря

Как и все герои, прошедшие ад военных лет, Екатерина Васильевна не очень-то любила плохие воспоминания, и разговорить её на эту тему было непросто. Даже в самых трагических и печальных событиях она старалась найти положительные моменты. Вот только один эпизод своей уже послевоенной жизни Екатерина Васильевна вспоминает с горечью и глубокой обидой.

После войны, которая закончилась для гвардии красноармейца Шабуровой в Германии, её перевели в подмосковный город Люберцы. И там, в общежитии, – обокрали.

«Нас тогда несколько девчонок заселили в комнату, и одна оказалась воровкой. Мне совсем было не жаль своей нехитрой одежонки, да и денег-то было немного. Но вот зачем она мои медали украла и фотографии? Ведь точно где-нибудь выбросила. До сих пор не могу без боли вспоминать. Медаль «За оборону Сталинграда» – это моя самая главная награда и гордость и самая обидная потеря. Потом, конечно, восстановили удостоверение, а медали-то так у меня и нет. А ещё были фотографии… На одной я рядом с маршалом Чуйковым стою. Василий Иванович во время обороны Сталинграда командовал полком связи, и вот мне посчастливилось… Так жаль, что не удалось сберечь память!»

Но память всё же Екатерина Васильевна сохранила. Её внучка Юлия жалеет о том, что не начала записывать бабушкины рассказы как можно раньше – всё думала, успеет… Кое-что и правда успела. Бабушка успела рассказать внучке о своём отце Василии Ивановиче Шабурове, пропавшем без вести в 1942 году, и о своём двоюродном брате Алексее Михайловиче Шабурове. Брат Алексей после призыва на войну написал одно-единственное письмо откуда-то с Балтики. И всё, после этого – тишина. Но даже этих скупых данных было достаточно, чтобы Юлия начала поиски. После долгой и упорной розыскной работы удалось установить место захоронения Алексея Михайловича: деревня Монаково Новосокольнического района Псковской области. А ещё удалось выяснить, что Алексей Шабуров из Шалдежа был настоящим героем. Он в составе 23-й отдельной стрелковой бригады оборонял безымянную высоту возле деревни Монаково 31 января 1944 года. В этот же день он и погиб геройски. Здесь, на этой высоте, и был захоронен.

После войны на этом месте проводились мелиоративные работы, пасли скот, про захоронение никто даже не догадывался. И только в 1993-м кто-то обратил внимание, что в некоторых местах коровы не едят траву, и она стоит зелёная до самой осени. Поисковики заинтересовались, провели раскопки и обнаружили большое общее захоронение. Место это обнесли оградой, установили православный крест. И только спустя ещё 14 лет, когда появился интернет, удалось выяснить подробности боя и установить личности героев. В 2008 году были подняты останки 198 воинов, среди которых и наш земляк Алексей Михайлович Шабуров.

А вот о прадедушке Шабурове Василии Ивановиче пока так ничего и не известно. Но Юлия не опускает рук и обязательно найдёт. А если вдруг она не успеет или не сможет, то её дети подхватят эстафету памяти…


Система Orphus