Наталья КАЛИНОЧКИНА
18.02.2026 г.

На днях город простился ещё с одним нашим земляком, погибшим в зоне СВО, – Дмитрием Курбановым.

Мы понимаем, насколько тяжело близким пережить такое горе, как сильно царапают душу воспоминания, и всё же попросили рассказать о герое его жену Надежду. Она пришла в редакцию вместе со своей сестрой Еленой.

Сёстры наперебой рассказывали, кем был в их жизни муж и зять.
- А всем! – говорит Надежда. – Опорой в любом деле.
- Если проходил мимо нашего дома, всегда обязательно заглядывал, чтобы узнать, как дела, не требуется ли какая помощь, – добавляет Елена.

Ближе нет никого

Дмитрий учился в первой школе, потом получил профессию каменщика в профессиональном училище №59. Отслужил в армии.
Отличительное качество, которое отмечают почти все знавшие его, – он из любой ситуации, даже самой тупиковой, мог найти выход. А ещё с юности был очень прямолинейным человеком, никогда не юлил, не выкручивался.

Так случилось, что Дмитрия воспитывала бабушка Олимпиада Степановна Смирнова. Она пыталась заложить в любимого внука всё самое лучшее: честность по отношению к людям, порядочность, мужскую стойкость и бескорыстие.

Какое-то время Дмитрий и Надежда жили в деревне Донское, потом переехали в Семёнов. Не имея много родственников, в родне жены Надежды он нашёл для себя близких и самых дорогих.
- Он всегда мне говорил: «Надя, твоя родня – это и моя родня. Ближе вас у меня никого и нет по жизни».

Война всё изменила…

Первой войной для Дмитрия была чеченская.
Ему приходилось потом обращаться за решением каких-то вопросов к председателю окружной ветеранской организации воинов-интернационалистов Евгению Валентиновичу Преснову, и всегда он просил не за себя, а за друзей. Всем пытался помочь.

Дату 22 апреля 2024 года в семье запомнили все. В этот день Дмитрий Курбанов простился с родными и отправился на специальную военную операцию.
- Как только началась частичная мобилизация осенью 2022-го, он сразу же пошёл в военкомат, чтобы заключить контракт с министерством обороны, – вспоминает Надежда. – Но в медицинской карточке мужа значилось перенесённое заболевание – гепатит Б, и медики тогда признали его негодным для военной службы. Однако он упорно твердил: «Всё равно уйду на фронт. Так и знайте».

В апреле 2024-го Дмитрий поставил родных перед фактом – он уходит на СВО.
- Всё сделал, чтобы нас не волновать, – рассказывает Надежда. – Утром якобы уходил на работу, а сам – по врачам. И получил-таки заключение, что годен к военной службе.

Через пять дней Дмитрий с позывным «Курбан», который он имел ещё с кавказской войны, отправился на службу.

Сколько раз потом Надежде приходилось самой приезжать к Дмитрию – не единожды была она и в Ростове-на-Дону, и в подмосковном Наро-Фоминске, где муж проходил военно-врачебную комиссию после ранения…

Надежда знала почти всех боевых друзей супруга.
- Когда долго не поступало вестей от Димы, писала его сослуживцу «Липецку» (позывной – авт.): «Привет, как дела у Димы? Долго нет от него вестей». «Всё нормально, слышал его сегодня», – отвечал «Липецк», и на душе становилось спокойно. А был и такой ответ: «Дима немножко ранен, а так – всё хорошо».

…За продуктами военным приходилось ходить 6 километров в один конец. Уходили, как правило, в потёмках – как говорили бойцы, «по-серому», чтобы вернуться с провизией в свой блиндаж уже на следующий день. Только так возможно было пробраться под парящими дронами.

- Дима рассказывал, как от одной точки надо было непременно бежать двести метров – этот участок буквально наводнен дронами, – рассказывает случай из фронтовой жизни мужа Надежда. – Очень опасно. В июле его сослуживец Николай не добежал до своего блиндажа метров десять... И до сентября жена не знала о том, что её муж погиб, а я свечи ставила и на девятый, и на сороковой день за Николая. Потом, правда, Дима признался женщине, что её мужа нет в живых. «У меня просто сердце не выдержало дальше молчать», – говорил «Курбан» жене сослуживца, находясь в госпитале.

Война изменила не только жизнь Дмитрия. Елена и Надежда включились в активную помощь нашим бойцам. Елена – профессиональный повар, часто пекла домашние пирожки, пиццы солдатам. Надежда покупала всё необходимое: медикаменты, носки, нательное бельё, средства гигиены. Прекрасно понимала, что нужно им в первую очередь.

На волосок от смерти

Два ранения пришлось пережить Дмитрию: первое – в мае 2024 года, второе – через год в сентябре. Оба ранения – в левую руку.
- Когда его в первый раз ранило, я тут же собралась и поехала к нему в Тамбов, в госпиталь, – рассказывает Надежда. – Несколько раз ездила в Курск. Хотелось поддержать, увидеться и передать чистую одежду, домашнюю еду.
- Если Надежда видела по связи, что форма Димы совсем в негодность пришла, тут же новую покупала и за немыслимые деньги на такси отправлялась к нему, – вспоминает сестра Елена. – Ничто её не останавливало.

Пришлось «Курбану» повоевать и в Курской области, и в Луганской республике. Однажды на боевое задание отправилась вся их рота – 27 человек, вернулись только двое, один из них – Дмитрий. Все родные думали тогда: «Ну, слава Богу. Значит, в рубашке родился».

Был случай, когда снаряд противника попал в блиндаж, и бойцам пришлось срочно покидать обнаруженное врагом укрытие. Бойцы, многие из которых были ранены, пытались бежать, а их преследовали дроны…

Основное – там

Дмитрий никогда не жаловался на фронтовые испытания. А когда приезжал в отпуск на родину, быстрей рвался обратно – к ребятам на фронт.
В марте прошлого года вся страна узнала, как наши штурмовики пробрались во вражеский тыл вблизи оккупированной Суджи в Курской области по трубе магистрального газопровода. Дмитрий лишь спустя какое-то время рассказал родным, что, когда готовилась операция «Поток», ему с боевыми товарищами пришлось подносить снаряды по газовой трубе на линию соприкосновения.
- Я помню, однажды на Новый год мы общались с Димой по видеосвязи, и лицо его было буквально чёрным – только белки глаз светились. Но тогда мы ещё не знали, что это от работы под землёй, – рассказывает Елена. – Сложно было даже представить, насколько тяжело пришлось выполнять эту боевую задачу.

В отпуске после первого ранения супруги Курбановы повенчались. Это было их обоюдное желание – чтобы всегда и во всём быть вместе. В день своего последнего отъезда на фронт Дмитрий надел венчальное кольцо. В этот раз супруга сопровождала его практически до линии боевого соприкосновения – там он пересел с другими бойцами в ожидавший их военный «Урал» и поехал в своё расположение, а машина Надежды повернула на Курск.

Торопился всё успеть

В последний свой отпуск в ноябре 2025 года Дмитрий как будто торопился всё успеть сделать. Это заметили все родные.
- Он навестил и живых, и покойных, – рассказывает жена. – Даже в Большое Мурашкино мы съездили на кладбище к зятю, где он три года не был. Для него это было очень важно. Настоял на том, чтобы написать у нотариуса завещание.

Отпуск заканчивался 21 ноября. Дмитрий, Надежда и дочка Ольга накануне приехали в Наро-Фоминск и ещё успевали посетить Москву. Дмитрий захотел показать взрослой дочери Красную площадь, ВДНХ. Надежда включает мне видео на своём телефоне.
- Они с дочерью и на колесе обозрения «Солнце Москвы» прокатились, где весь центр города как на ладони виден, – вспоминает Надежда. – Но обратите внимание: на записи он будто уходит от меня. То рукой махнёт: «Прекращай, мол, снимать», то просто спиной повернётся и уходит вдаль. Предчувствие нехорошее тогда в душу мне закралось, но вида я не показывала.

Последнее голосовое

8 января боец последний раз вышел на связь с семьёй. Все вместе (а жена, наверное, в сотый раз) слушаем его лаконичное голосовое послание: «Поздравляю с праздником, с Рождеством. Извините, вчера не было возможности поздравить. У меня всё хорошо. Скоро ухожу на боевую задачу. Когда связь будет, я вам сразу перезвоню. Беспокоиться не надо. Крепко целую». Голосовые сообщения Дмитрий разослал всем родным, как будто чувствовал, что это последнее, что прощается с любимыми навсегда.

А дальше – пустота… Для родных это состояние самое страшное. Близкие понимали, что несколько дней боец мог быть без связи, но спустя 10 дней сердце Надежды почувствовало неладное. Она разыскала телефон замполита части и начала звонить ему, пытаясь хоть что-то выяснить о местонахождении мужа.
- За эти дни я уже купила билет на поезд, собиралась выехать в Подмосковье, где располагалось руководство его воинской части, – рассказывает Надежда. – Сидеть и ждать известий было невыносимо. Раньше я уже ездила в эту часть за необходимыми документами мужа.

…Надежда вступает в закрытый чат полка в попытке найти мужа, изучает все разделы со сведениями о пропавших без вести. «Курбан» в этих списках не значится. Женщина уже планировала делать запросы в госпитали, в «Красный крест», но 17 января замполит сообщил ей, что боец числится без вести пропавшим и что есть подтверждённая информация, что он погиб. А 2 февраля замполит окончательно сообщил: «Надежда, я к вам с плохими вестями. Ваш муж погиб».

По информации от военных родные узнали, что детонировал снаряд, бойцов завалило землёй, и, скорее всего, они задохнулись.
Погиб боец в Харьковской области, в Изюмском районе, в селе Богуславка.

Готовился век жить

Статный, красивый, жизнерадостный – таким Дмитрия запомнили вся родня и друзья. Его жизнелюбию можно было учиться. «Одну войну прошёл, так неужели вторую не получится?» – испытывал судьбу Дмитрий.
- Это уму непостижимо – потерять такого человека, – с сокрушением говорит Надежда. – Нам его очень не хватает. Не хватает его звонков, которые вселяли в нас силы, не хватает голосовых сообщений, которые я всё равно ещё по привычке жду. Как что-то оборвалось во мне…

1 год и 9 месяцев длилась для «Курбана» эта война. Проститься с бойцом 10 февраля пришло много семёновцев.
- Он готовился прожить сто лет, – вздыхает Надежда. – И вот такое… Мы никогда ни в чём не нуждались, всегда жили в достатке. Роль добытчика, мужа и отца он считал главной. Ему пришлось работать в разных организациях, на стройках, он всё умел… С разных мест его прежней работы пришли коллеги, все вспоминали его тёплыми словами.

До сих пор Надежда получает слова поддержки и от жителей деревни Донское, в которой 7 лет жила семья Курбановых.

Печку, электрогенератор, спальный мешок, большой запас сухих супов Надежда не успела отдать мужу при жизни, поэтому передала семёновским волонтёрам «СВОим за Победу».